Shambhala-Center
 Главная Стрелка О центре
Главная > новости > абхазия, часть 1

абхазия, часть 1

Дмитровский лось что-то чешет

Дмитровский лось что-то чешет

Итак, как я уже писал, получилось приобрести дешевые авиабилеты у Авиановы до Сочей и назад. А ехать пришлось всего через пару недель. Непривычно, ведь обычно привык билеты на самолёт брать заранее.

Пока был в Москве, успел съездить в Дмитров, где осмотрел город. Ничего особенно прекрасного не нашлось, но, все равно, достаточно красиво. Посмотрел еще шлюз №3 канала имени Москвы, расположенный в районе станции Яхрома.

В отличии от Ская, Нова почти не опоздала. Вот только посадка до Адлера задержалась на полтора часа, но, несмотря на это, всем пассажирам выдали ваучеры на 80 рублей, на которые в аэропортовском кафе «Кино» можно было приобрести напитки (обычно хватало на одну пол-литровую бутылку газированной воды).

Успенский собор в Дмитрове

Успенский собор в Дмитрове

Это при том, что обязаны они это делать при 2-часовой задержке! Да и никакого пресловутого «обслуживания при задержке» покупать не надо было.

Затем умудрились в полёте почти нагнать упущенное время. Прилетели почти в полночь, и я спокойно выспался в зале ожидания аэропорта на скамейке рядом с розеткой, заодно и батареи телефона подзарядив.

Попасть в Абхазию из адлерского аэропорта достаточно просто. Хотя есть дорога, идущая напрямую, общественного транспорта там, кажется, нет. Нужно за 14 рублей ехать на микроавтобусе до адлерского вокзала (где я узнал о курсировании поезда Сухум-Адлер на 7 апреля – кассирша ответила положительно).

Новые услуги для прихожан

Новые услуги для прихожан

А затем пересесть на маршрутку до Псоу, коих тут предостаточно. Мне попалась «газель» из Кудепсты, проезд в которой обошёлся мне в 20 рублей.

Итак, я прохожу через утренний Казачий рынок, неспешно открывающийся в 8 часов утра, по пути попадаются всякие кавказцы (как правило, армяне или грузины). Сразу за ним – граница.

Спрашиваю у пограничницы, действительно ли они теперь ставят штамп в загранпаспорт. Говорят, что нет. Если ставят, то только иностранцам и в миграционную карту.

Очередной мост с замками. Чтобы не портить действующий мост, в Дмитрове сделали декоративный

Очередной мост с замками. Чтобы не портить действующий мост, в Дмитрове сделали декоративный

На абхазской стороне паспорт не проверяют. Пройдя через Псоу, меня остановил лишь страховой агент, объяснивший, что без застраховывания я в страну не попаду. Дал ему Официальную Бумагу – это его сразу успокоило.

Ехать в маршрутке не хотелось. Не только из-за денег, но и просто хотелось побольше узнать чего-нибудь интересного. Первая же машина, остановившаяся минут через 10, ехала в Сухум, столицу Абхазии. Первый район, Гагрский, почти не представлял для меня никакого интереса. Второй, Гудаутский, я надеялся посмотреть позже. Его райцентр показался мне весьма скучноватым.

Вообще, до этого я был в Абхазии пару раз, в 2004 и 2005 году, когда я лишь делал первые шаги на ниве самостоятельных путешествий.

Памятник Юрию Долгорукому в Дмитрове

Памятник Юрию Долгорукому в Дмитрове

Из-за этого я ничего тут не увидел кроме пляжей, Новоафонского монастыря, ну и Гагры с Гудаутой, населенных армянами, сдающими свои бараки втридорога. На этот раз я хотел увидеть что-то действительно интересное и колоритное. Например, как на Фиджи, где неделя пребывания в стране прошла буквально на одном дыхании. Интересно, возможно ли здесь это?

Ну так вот. Добрался я до Сухума, где до сих пор виднелись разрушенные дома. Некоторые квартиры тоже казались разрушенными, но, как я впоследствии узнал, все они имели собственников. В будущем, думаю, всё еще отремонтируют и заселят.

Елизаветинская церковь в Дмитрове

Елизаветинская церковь в Дмитрове

Меня привезли в самый центр, где-то возле набережной. Первым делом я отправился искать СГБ (местный аналог ФСБ похоже, назван в честь КГБ – но тут не комитет, а служба) для того, чтобы получить пропуск в Кодорское ущелье. Как я уже знал, пускают туда только по пропускам. Местные жители реагировали на меня неоднозначно. Один сухумчанин на мой вопрос «как пройти до СГБ?» ответил мне «Little» (видимо, он подумал, что я его спросил «Do you speak English?»). Видимо, наш быстрый уральский говор неадекватно воспринимается жителями Закавказья.

Группа молодёжи, которую я встретил возле развалин Себастополиса – древнеримской крепости, основанной на месте Сухума, дабы завязать разговор, спросила меня о текущем времени.

На детской площадке

На детской площадке

Вскоре же поинтересовались, не дам ли я им 100 рублей. Не дал.

В приёмной службы государственной безопасности, находившейся справа от входа, мне сказали, что в Кодорское ущелье пропуск дать не могут. Почему? Потому что там, по их мнению, всё еще опасно. Кругом якобы «грузинские террористы». Сотрудник извинился, что вина у него сейчас нет, а то бы угостил с удовольствием – всё-таки обязывает закон гостеприимства. Поинтересовались, не из ФСБ ли я? Сказал, что был бы оттуда – к ним бы уж точно за пропуском не обращался.

Станция Яхрома, шлюз №3 канала имени Москвы

Станция Яхрома, шлюз №3 канала имени Москвы

В первый день я планировал посетить Отап, самое маленькое село Очамчирского района, в котором находится известная пещера Абрскила. Я вышел из Сухума по улице имени Нестора Лакобы, затем прошёл мимо ботанического сада и резиденции Багапша. Первая же машина попалась до Адзюбжи. Данное село было родиной «абхазских негров», когда-то неизвестным путём попавших в Абхазию, а сейчас жившим где-то в окрестностях Адзюбжи. Как выяснилось в разговоре с водителем, негров тут не осталось. Кто-то уехал в Сухум, а кто-то еще дальше, к урусам или европейцам. Пока я ездил по Абхазии, ни одного негра, к сожалению, так и не увидел.

Fly Etihad!

Fly Etihad!

После Адзюбжи я добрался до отворота на Мокву и Отап. Это был последний крупный левый поворот перед Очамчирой. Первая же машина провезла меня через всё село Члоу – в Абхазии село представляет собой не несколько домиков недалеко друг от друга, а совокупность домохозяйств с пастбищами, находящихся на значительном расстоянии друг от друга.

Пол-пути до Отапа пришлось пройти пешком. Вскоре сзади услышал шум машины, идущей в моём направлении. Какой-то житель села Отап ехал к себе домой. С ним я доехал до дома смотрителя пещеры, Виталия Кутелии (несмотря на мегрельскую фамилию, он всё-таки является абхазом).

Объявление о продаже кур-несушек

Объявление о продаже кур-несушек

Ему 62 года. Зубов уже не имеется. Основная профессия – показывать туристам, которых привозит его хозяин, ту самую пещеру Абрскила. Абрскил – древний герой абхазского эпоса, не поклонявшийся Богу и боровшийся за счастье своего народа. За это его приковали в пещеру. В соответствии с чьим-то решением пещерой Абрскила выбрали именно эту.

Виталий любезно пригласил к себе в гости. Живёт в небольшом доме, у которого даже нет пола, разводит коз. Но вот с вином проблем не было. Я опьянел уже после трёх кружек. Тогда же мы отправились смотреть пещеру.

Вход в неё закрыт решёткой, ключ от которой хранится у Виталия. Внутри было прохладно и сыро. Пришлось одеть одну из пар резиновых сапогов, множество которых лежит возле входа. Виталий, тоже немного охмелев, решил мне показать полный маршрут по пещере протяженностью в полтора километра. В пещере, как и в нашей Кунгурской, имелось большое количество сталактитов, сталагмитов и сталагнатов. Камни еще всякие были. Виталий рассказал об Абрскиле, показав его «коня», «жену» и даже «любовницу».

Борт EI-EEI в аэропорту Адлера

Борт EI-EEI в аэропорту Адлера

Прошли через всю пещеру, по которой протекала небольшая речка, приток Кодора. Затем продолжили застолье, произнеся еще несколько тостов. В абхазской традиции принято говорить тосты в следующей последовательности: первый тост всегда произносится за Всевышнего. Не за Бога, а именно в такой формулировке, для них это вещи разные – это, наверное из-за того, что культура у них осталось языческая. Второй тост – «за усопших», он стал вторым после т.н. «Отечественной войны» с Грузией. А дальше уже вариантов много – за друзей, за гостя, за хозяев, «за наших художников» – имеются в виду, конечно, родители. А потом уже прочие тосты – и за Ардзинбу, и за дружбу двух великих народов (сами догадайтесь, каких именно), и т.д. т.п.

На набережной Сухума

На набережной Сухума

Закусывали мы мамалыгой. Мамалыга – это вообще-то румынское название кукурузной каши. По-абхазски она правильно называется абыста. Она слишком пресная и безвкусная. В наше время кукурузу мелют на специальных электромельницах, но кое-где, в том числе и в Отапе, до сих пор сохранились старинные водные мельницы. К сожалению, её я посмотреть не успел – вскоре я совсем охмелел от коварного вина и уснул.

Вставать решили в 5.30, так как в 7 часов из другой части села Отап (через 5 километров от дома Виталия!) отправлялся автобус до Ткварчели. Встать я, конечно же, не смог – состояние не позволило. Поэтому проспал еще с час и сел на автобус, идущий в этот день в Сухум.

Фонтан возле театра в Сухуме

Фонтан возле театра в Сухуме

Ходит он, кажется, раза 2-3 в сутки. Виталий напоследок попросил меня позвонить его дочери в Кемерово и рассказать его дочери про Авианову и дешевые билеты. Это своё обязательство я выполнил через несколько дней после приезда в Пермь.

«Газель» должна была отправляться от входа в пещеру. Но я предпочел подняться чуть дальше, где двое людей тоже ожидали маршрутку. Она вскоре подъехала, водитель жил в каком-то доме рядом и немного проспал. Второй ряд салона «Газели» был предназначен для домашних животных. Сейчас здесь красовались 2 козы, которых везли на сухумский рынок. Я запечатлел сие на свою фотокамеру.

По дороге в Отап

По дороге в Отап

Доехал до конца села Члоу, переходящего в начало села Тхина, за проезд нескольких километров плату с меня не взяли. Дальнейший путь я проделал пешком по грунтовке мимо каких-то домов. Возле одного была табличка в виде могильного камня: «Улица имени Воуба Сократа Харитоновича». Кто такой, мне было непонятно. Лишь только Яндекс впоследствии дал ответ:

ВОУБА Сократ Харитонович (1916-1981) – возглавлял комсомольскую ячейку в родном с. Тхина. В 1937-1939 гг. – литературный сотрудник газеты «Апсны капшь». Впоследствии долгие годы учительствовал в родном селе.

В отапской пещере

В отапской пещере

В соседних домах с дорогой ходили упитанные индюшки. Кое-где были собаки, но большая часть из них была привязана и идти не мешала. Поросята и свиньи имели на шее деревянный треугольник – для того, чтобы не смогли залезть в чужой огород или вылезти из своего. Виталий из Отапа иронично называл его «летним галстуком». Порой возле дорог попадались канавы. Дабы крупный рогатый скот в силу своей дурости туда не падал, местные жители заваливали канавы останками автомобилей. Практично, хотя и не совсем экологично.

Группа сталактитов в пещере

Группа сталактитов в пещере

Вскоре, через несколько километров, я дошёл до центра села Тхина. Имелся небольшой киоск, пока еще закрытый. В Википедии пишут, что в 19 веке здесь проживала женщина по имени Зана, внешне схожая со снежным человеком. Ох уж эти йети :) и сюда добрались!

В центре стоял прекрасный особняк 19 века, переоборудованный в сельскую администрацию. Дети, идущие в школу, весьма странно смотрели на меня. Вскоре, пока я смотрел памятник павшим бойцам Отечественной войны, ко мне вышел заместитель директора школы, дабы проверить, что я не террорист.

Поросёнок в летнем галстуке

Поросёнок в "летнем галстуке"

Пообщавшись с ним, я зашёл в ларёк, где не было возможности купить что-либо кроме шоколадных батончиков производства компании «Марс». Пришлось брать их.

Продолжив свой путь, через несколько часов я достиг села Гуп. Дорога была живописной, вдали открывались виды на Кодорский хребет. Идти приходилось то вверх, то вниз. Случайные прохожие удивлялись, увидев меня, и всегда здоровались.

Еще через полтора часа я дошёл до центра села. Спросил дорогу до трассы у какого-то жителя, он отправился показать мне её.

Четвероногие пассажиры газели

Четвероногие пассажиры "газели"

Всё, конечно же, закончилось дегустацией вина у него дома и стандартными тостами. Я пытался не переусердствовать и через пару часов ушёл, вежливо поблагодарив.

Первая же машина, которую я застопил возле железнодорожных путей, шла в Ткварчели. Хотя, куда еще им тут идти? На ней добрался до центра Верхнего города – Ткварчели делится на 2 части: верхнюю и нижнюю. Когда я вышел из машины, меня сразу же окликнул какой-то абхаз из джипа, спросив откуда я приехал. Услышав ответ, сказал, что Пермь – его родина, и пригласил в свою машину. Как оказалось позже, родился он, конечно же тут, в Абхазии, а бывал как-то в Тюмени, но проезжал через Пермь :)

Странное совпадение – он был родственником Виталия, у которого я ночевал прошлой ночью. Даже фамилия у них одинаковая была. Попросил, чтобы я записал его телефон – вдруг кому недвижимость понадобится в Ткварчели?

Указатель с названием улицы

Указатель с названием улицы

Кстати, немного о городе – по-абхазски он называется Ткуарчал, раньше тут была канатная дорога, а во время войны он находился в осаде, грузины его так и не смогли захватить. Из-за этого он был сильно разрушен, все предприятия перестали работать (на это еще повлиял и распад СССР), а городу присвоили звание «город-герой».

До сих пор здесь есть железная дорога. Ветка до Акармары, где добывается уголь, разобрана. Да, кстати, Ткварчели – город угольщиков и самый молодой город Абхазии. Но уголь сейчас добывает турецкая компания, уплачивающая около 500 руб пошлины за тонну добытого угля, отправленного в Турцию. По-моему, это вполне можно назвать разграблением природных богатств страны.

Сейчас в Акармаре находится российская военная база, куда часто идут машины с российскими номерами. Рядом с Ткварчели (грузинское название мне всё же ближе) находится священная абхазская гора Лашкендар, входящая в семь языческих святилищ Абхазии.

Три индюшки

Три индюшки

Итак, с Гией (так звали водителя) мы проехали по одной из центральных улиц Ткварчели – улице Нартов и добрались до подвала, который он сейчас пытается сделать хлебопекарней по изготовлению лавашей. Затем я посмотрел проспект Мира, пожалуй, самую красивую и уютную улицу Ткварчели. Застроена красивыми сталинскими трёхэтажками, но некоторые дома были уничтожены во время войны.

Гия мне предложил переночевать у его знакомого, мегрела, тоже дальнего родственника. Я согласился.

Мегрел жил в нижней части города. Мы спустились туда, проехав через мост. Внизу протекала весьма грязная река Галидзга (ныне называется Аалдзга), которую загрязняют добычей угля. Хозяин дома постоянно курил и смотрел телевизор. Так как я очень устал, сразу же отправился отдыхать. Спал я долго, около 15 часов.

Categories:
  1. Пока что нет комментариев.
  1. Пока что нет уведомлений.